Вы здесь

Комментарий к статье 1186 Гражданского кодекса РФ

Статья 1186. Определение права, подлежащего применению к гражданско-правовым отношениям с участием иностранных лиц или гражданско-правовым отношениям, осложненным иным иностранным элементом

Комментарий к Ст. 1186 ГК РФ:

1. В п. 1 коммент. ст. определен предмет международного частного права, а также очерчен круг его источников.

Предмет международного частного права исходя из ч. 1 п. 1 коммент. ст. составляют гражданско-правовые отношения, осложненные иностранным элементом (о понятии "гражданско-правовые отношения" см. коммент. к ст. 2 ГК РФ).

Ни в международном праве, ни в отечественном законодательстве понятие "иностранный элемент гражданского правоотношения" в полной мере не раскрывается. В п. 1 коммент. ст. упоминаются его две разновидности: наличие в правоотношении иностранного субъекта и нахождение объекта правоотношения за пределами Российской Федерации. При этом перечень видов иностранного элемента сформулирован в законе неисчерпывающим образом. Так, разновидностью иностранного элемента правоотношения, не упомянутой в законе, является содержание правоотношения с участием российского лица, предполагающее совершение действий по его исполнению на территории другого государства (например, содержание обязательственного правоотношения из международного контракта).

Учитывая изложенное, иностранный элемент гражданского правоотношения можно определить как юридический факт, в силу которого тот или иной элемент гражданского правоотношения выходит за территориальные пределы Российской Федерации.

2. Правовые нормы, регулирующие отношения, входящие в предмет международного частного права, подразделяются на два вида: материальные и коллизионные. Материальные нормы - предусмотренные международным договором нормы прямого действия, регулирующие гражданские правоотношения, осложненные иностранным элементом. Материальные нормы являются традиционными по своему содержанию, поскольку устанавливают правила поведения участников определенного вида общественных отношений. Коллизионные нормы - предусмотренные международным договором или внутренним законодательством нормы опосредованного действия, в соответствии с которыми осуществляется выбор материальных норм, регулирующих гражданско-правовые отношения, осложненные иностранным элементом. В отличие от материальных норм коллизионные нормы сами по себе не устанавливают правила поведения, а лишь указывают на материальные нормы, в соответствии с которыми данные правила должны определяться.

3. Нормы международного частного права, равно как и нормы других отраслей права, существуют не сами по себе, а образуют доступные для восприятия формы выражения, которые принято именовать источниками международного частного права.

Исходя из ч. 1 п. 1 коммент. ст. источниками международного частного права являются, во-первых, международные договоры, в которых участвует Российская Федерация. В зависимости от вида норм, установленных международным договором, можно выделить два вида договоров, заключаемых в данной сфере: договоры, содержащие материальные (унифицированные) нормы, и договоры, содержащие коллизионные нормы. Примером международного договора, содержащего материальные нормы, является Конвенция ООН о договорах международной купли-продажи товаров. Коллизионные нормы содержатся, в частности, в Конвенции СНГ о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейно-брачным и уголовным делам.

Бесплатная юридическая консультация по телефонам:
8 (495) 899-03-81 (Москва и МО)
8 (812) 213-20-63 (Санкт-Петербург и ЛО)
8 (800) 505-76-29 (Регионы РФ)

Во-вторых, источником международного частного права является Гражданский кодекс. Главы 66 - 68 ГК содержат достаточно подробное внутреннее коллизионно-правовое регулирование. Наряду с общими нормами, закрепленными в гл. 66, в ГК содержатся специальные коллизионные нормы, рассчитанные на конкретные виды гражданско-правовых отношений, осложненных иностранным элементом (гл. 67, 68).

В-третьих, коллизионные нормы содержатся в других федеральных законах. В настоящее время коллизионные нормы закреплены в разд. 7 СК и в гл. 26 КТМ.

Вопрос о включении в круг источников международного частного права федеральных законов, содержащих регулирующие отношения с участием иностранного элемента нормы материального права, является спорным и, на наш взгляд, должен решаться отрицательно (подробнее об этом см.: Международное частное право / Под ред. Г.К. Дмитриевой. М., 2008. С. 30 - 31).

Подзаконные нормативные акты, в том числе указы Президента РФ и постановления Правительства РФ, по смыслу коммент. ст. не являются источниками международного частного права.

Наконец, в-четвертых, нормы международного частного права могут содержаться в правовых обычаях, признаваемых в Российской Федерации. В настоящий момент на территории Российской Федерации нет какого-либо санкционированного государством обычая, устанавливающего коллизионные нормы.

4. Содержащиеся в рассмотренных источниках нормы подлежат применению, в случаях если дело рассматривается судом, включенным в систему государственной судебной власти. Если же спор из правоотношения, осложненного иностранным элементом, подведомствен третейскому суду, то в силу ч. 2 п. 1 коммент. ст. подлежащее применению право определяется с учетом специальных норм, предусмотренных Законом о международном коммерческом арбитраже. Так, в соответствии с п. 2 ст. 28 Закона при отсутствии какого-либо указания сторон третейский суд применяет право, определенное в соответствии с коллизионными нормами, которые он считает применимыми. Иными словами, если стороны международного контракта согласовали третейский суд, в котором подлежат рассмотрению споры из контракта, и при этом не оговорили применимое право, то третейский суд в отличие от государственного суда не связан унифицированными материальными нормами и вправе руководствоваться коллизионными нормами, выбор которых он осуществляет по своему усмотрению.

5. В пункте 2 коммент. ст. закреплен один из основополагающих принципов международного частного права - принцип наиболее тесной связи. Согласно данному принципу гражданское правоотношение, осложненное иностранным элементом, должно регулироваться материальным правом страны, с которой его субъекты, объект или содержание объективно имеют наиболее тесную связь. Если перечисленные элементы имеют различную степень связанности с тем или иным государством, то по смыслу данного принципа должен быть выявлен элемент, который для данного правоотношения является определяющим. Таковым, например, является субъект в личных неимущественных правоотношениях, объект - в вещных правоотношениях, содержание - в обязательственных правоотношениях.

6. При уяснении сферы действия принципа наиболее тесной связи необходимо учитывать три момента.

Во-первых, данный принцип международного частного права подлежит применению, если гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, непосредственно не урегулировано ни унифицированными материально-правовыми нормами, ни специальными коллизионными нормами. В этом случае правило о наиболее тесной связи приобретает силу нормы прямого действия, в соответствии с которой должно быть выбрано право, подлежащее применению.

Во-вторых, данный принцип предопределяет содержание специальных коллизионных норм, в соответствии с которыми следует указывать в качестве права, подлежащего применению, право страны, с которой регулируемое отношение имеет наибольшую связь. Идея наиболее тесной связи правоотношения и применимого права проходит красной нитью сквозь современное российское коллизионно-правовое регулирование. Так, согласно п. 1 ст. 1195 ГК личным законом физического лица считается право страны, гражданство которой это лицо имеет; в силу п. 2 ст. 1205 ГК принадлежность имущества к недвижимым или движимым вещам определяется по праву страны, где это имущество находится; в соответствии с п. 1 ст. 1211 ГК при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве к договору применяется право страны, с которой договор наиболее тесно связан (см. коммент. к соответствующим статьям ГК РФ).

В-третьих, из принципа тесной связи возможны исключения. Данный принцип не действует, если стороны международного контракта исходя из принципа автономии воли самостоятельно определят материальное право, подлежащее применению к их взаимоотношениям из контракта. Кроме того, действие данного принципа блокируется нормой п. 2 ст. 28 Закона о международном коммерческом арбитраже (см. п. 4 коммент. к настоящей статье).

7. В п. 3 коммент. ст. закреплен еще один принцип международного частного права - приоритет материальных норм над коллизионными. Суть данного принципа заключается в следующем. Если гражданско-правовое отношение, осложненное иностранным элементом, подпадает под действие унифицированных материально-правовых норм в силу участия России и соответствующего иностранного государства в международном договоре, то такое правоотношение должно регулироваться материально-правовыми нормами. Коллизионные нормы в этом случае применению не подлежат.

Рассматриваемый принцип устанавливает верховенство материально-правовых норм над закрепленными в международных соглашениях договорными коллизионными нормами и над содержащимися в российском законодательстве внутренними коллизионными нормами. При этом исключение коллизионных норм из сферы действия права допустимо лишь в том случае, когда соответствующее правоотношение урегулировано нормами материального права в полной мере. Если же имеет место лишь частичное материально-правовое регулирование, обращение к коллизионным нормам не исключается.

Например, если иное не установлено условиями контракта о поставке товаров, отношения между российским покупателем и поставщиком из Финляндии должны регулироваться материально-правовыми нормами, содержащимися в Конвенции ООН о договорах международной купли-продажи товаров, поскольку Россия и Финляндия являются участниками данного международного договора. При этом следует учитывать, что финская сторона при присоединении к Конвенции сделала оговорку о неприменении на своей территории ч. 2 "Заключение договора". Соответственно, спор между российским покупателем и нерезидентом относительно момента заключения договора, формы договора и т.п. подлежит разрешению с учетом коллизионных норм, содержащихся в ст. 1211 ГК: подлежащим применению следует считать материальное право страны, с которой договор наиболее тесно связан. Таковым в данном случае является право продавца, т.е. право Республики Финляндии.

8. Исключение из принципа приоритета материальных норм над коллизионными установлено п. 2 ст. 28 Закона о международном коммерческом арбитраже (см. п. 4 коммент. к настоящей статье).