Вы здесь

Статья 1202. Личный закон юридического лица

СТ 1202 ГК РФ

1. Личным законом юридического лица считается право страны, где учреждено юридическое лицо, если иное не предусмотрено Федеральным законом "О внесении изменений в Федеральный закон "О введении в действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" и статью 1202 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации".

2. На основе личного закона юридического лица определяются, в частности:

1) статус организации в качестве юридического лица;

2) организационно-правовая форма юридического лица;

3) требования к наименованию юридического лица;

4) вопросы создания, реорганизации и ликвидации юридического лица, в том числе вопросы правопреемства;

5) содержание правоспособности юридического лица;

6) порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей;

7) внутренние отношения, в том числе отношения юридического лица с его участниками;

8) способность юридического лица отвечать по своим обязательствам;

9) вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам.

3. Юридическое лицо не может ссылаться на ограничение полномочий его органа или представителя на совершение сделки, неизвестное праву страны, в которой орган или представитель юридического лица совершил сделку, за исключением случаев, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об указанном ограничении.

4. Если учрежденное за границей юридическое лицо осуществляет свою предпринимательскую деятельность преимущественно на территории Российской Федерации, к требованиям об ответственности по обязательствам юридического лица его учредителей (участников), других лиц, которые имеют право давать обязательные для него указания или иным образом имеют возможность определять его действия, применяется российское право либо по выбору кредитора личный закон такого юридического лица.

Комментарий к Ст. 1202 Гражданского кодекса РФ

В комментируемой статье определено общее понятие "личный закон юридического лица" (lex societatis), используемое в коллизионных нормах комментируемой главы. Аналогично сказанному выше (см. коммент. к ст. 1195 Кодекса) следует отметить, что ни в Основах гражданского законодательства СССР, ни в ГК РСФСР такое понятие не использовалось, но о более общем понятии "личный закон" до вступления в действие части третьей ГК РФ говорилось в разъяснениях, данных в п. 29 Постановления Пленума ВАС России от 11 июня 1999 г. N 8 "О действии международных договоров Российской Федерации применительно к вопросам арбитражного процесса". В указанном пункте арбитражным судам предписывалось учитывать, что согласно международным договорам РФ юридический статус иностранных участников арбитражного процесса определяется по их личному закону - коллизионной норме, позволяющей определить объем правоспособности и дееспособности иностранного лица (юридический статус).

Пункт 1 комментируемой статьи в качестве личного закона юридического лица называет право страны, где учреждено юридическое лицо. Данное правило формулировалось в п. 1 ст. 161 Основ гражданского законодательства СССР следующим образом: гражданская правоспособность иностранных юридических лиц определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо. В положениях ст. 564 ГК РСФСР гражданская правоспособность иностранных предприятий и организаций определялась подобным, но вместе с тем не таким универсальным способом. Указанной статьей, в частности, предусматривалось следующее: иностранные предприятия и организации могут без особого разрешения совершать в РСФСР сделки по внешней торговле и по связанным с ней расчетным, страховым и иным операциям с советскими внешнеторговыми объединениями и другими советскими организациями, которым предоставлено право совершения таких сделок (ч. 1); гражданская правоспособность иностранных предприятий и организаций при совершении сделок по внешней торговле и по связанным с ней расчетным, страховым и иным операциям определяется по закону страны, где учреждено предприятие или организация (ч. 2).

В условиях действия Основ гражданского законодательства СССР в упомянутом пункте 29 Постановления Пленума ВАС России от 11 июня 1999 г. N 8 разъяснялось, что юридический статус иностранного юридического лица определяется по праву страны, где учреждено юридическое лицо - зарегистрировано или имеет свое основное местонахождение. В пункте 30 этого же Постановления отмечалось, что юридический статус иностранного юридического лица подтверждается, как правило, выпиской из торгового реестра страны происхождения; юридический статус иностранных лиц может подтверждаться иными эквивалентными доказательствами юридического статуса, признаваемыми в качестве таковых законодательством страны учреждения, гражданства или местожительства иностранного лица.

В рекомендации, изложенной в п. 23 Обзора Президиума ВАС России практики рассмотрения дел с участием иностранных лиц, отмечалось, что в силу комментируемой статьи личным законом юридического лица является право страны, где учреждено юридическое лицо, следовательно, юридический статус иностранной компании должен определяться по праву государства места ее учреждения. При этом приведен пример, когда российское общество (ответчик) представило суду надлежащим образом удостоверенные официальные документы, свидетельствующие о том, что на момент подачи иностранной компанией искового заявления она была исключена из реестра компаний иностранного государства в связи с неуплатой ежегодных пошлин. Соответственно, согласно личному закону иностранной компании последняя была лишена активной процессуальной правосубъектности. В силу этих обстоятельств арбитражный суд пришел к выводу о том, что иностранная компания до восстановления ее в реестре компаний иностранного государства не имела правомочий на участие в рассмотрении дел в арбитражных судах в России в качестве истца.

В том же Обзоре Президиума ВАС России практики рассмотрения дел с участием иностранных лиц арбитражные суды информированы о следующих рекомендациях, выработанных в отношении установления статуса иностранных лиц:

при установлении юридического статуса иностранной организации арбитражный суд учитывает, что доказательства, подтверждающие постоянное место нахождения организации для целей налогообложения, не являются достаточными доказательствами для установления ее личного закона (п. 24);

официальные документы, подтверждающие статус иностранного юридического лица, должны исходить от компетентного органа иностранного государства, содержать актуальную информацию на момент рассмотрения спора, должны быть надлежащим образом легализованы или апостилированы, а также должны сопровождаться надлежащим образом заверенным переводом на русский язык (п. 25);

проставление легализационной надписи или апостиля на удостоверительной надписи нотариуса, которой засвидетельствована подлинность подписи и печати должностного лица на подтверждающем статус иностранного лица официальном документе, соответствует требованиям ст. 255 АПК РФ (п. 26);

доверенность от имени иностранного лица, выданная на территории иностранного государства, не является официальным документом и по общему правилу не требует обязательного удостоверения в виде консульской легализации или проставления апостиля (п. 27);

при установлении юридического статуса иностранного лица арбитражный суд учитывает, что могут существовать различные способы написания наименования одного и того же иностранного лица: на государственном языке страны личного закона лица, в транслитерации, в переводе (п. 28).

Положения п. 2 комментируемой статьи определяют перечень вопросов, которые определяются на основе личного закона юридического лица, т.е. права страны места учреждения юридического лица. Этот перечень сформулирован открытым, что следует из использования в данном пункте слов "в частности". Необходимо учитывать, что в соответствии с п. 1 ст. 1214 комментируемого раздела выбор права, подлежащего применению к договору о создании юридического лица и к договору, связанному с осуществлением прав участника юридического лица, не может затрагивать действие императивных норм права страны места учреждения юридического лица по вопросам, указанным в п. 2 комментируемой статьи (см. указанную статью и коммент. к ней).

Аналогично положениям п. 2 комментируемой статьи в комментируемом разделе определены сфера действия права, подлежащего применению к вещным правам (ст. 1205.1, вещный статут), сфера действия права, подлежащего применению к договору (п. 1 ст. 1215, договорный статут), сфера действия права, подлежащего применению к отношениям представительства (п. 5 ст. 1217.1), и сфера действия права, подлежащего применению к обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда (ст. 1220, деликтный статут).

Сферу действия права, подлежащего применению к вопросам, указанным в п. 2 комментируемой статьи, если иное не вытекает из закона, в соответствии с п. 2 ст. 1215 комментируемого раздела не затрагивают положения п. 1 указанной статьи, определяющие перечень вопросов, которые регулируются правом, подлежащим применению к договору. Это такие вопросы, как: 1) толкование договора; 2) права и обязанности сторон договора; 3) исполнение договора; 4) последствия неисполнения или ненадлежащего исполнения договора; 5) прекращение договора; 6) последствия недействительности договора (см. коммент. к указанной статье).

В соответствии с подп. 5 п. 2 комментируемой статьи содержание правоспособности юридического лица определяется на основе личного закона юридического лица. Однако данное правило имеет ряд изъятий. Речь идет, прежде всего, о тех же самых особенностях правового статуса иностранных юридических лиц, иностранных граждан, лиц без гражданства, о которых говорилось выше в комментарии к ст. 1196 комментируемой главы, предусматривающей, что иностранные граждане и лица без гражданства пользуются в России гражданской правоспособностью наравне с российскими гражданами, кроме случаев, установленных законом (см. коммент. к указанной статье).

Кроме того, в отношении иностранных юридических лиц могут быть установлены условия приобретения ими правоспособности, необходимой для осуществления деятельности на территории РФ. Такие условия, например, установлены Федеральным законом от 12 января 1996 г. N 7-ФЗ "О некоммерческих организациях" <68> в отношении иностранной некоммерческой неправительственной организации, под которой в названном Законе согласно п. 4 его ст. 2 (здесь и далее в ред. Федерального закона от 10 января 2006 г. N 18-ФЗ <69>) понимается организация, не имеющая извлечение прибыли в качестве основной цели своей деятельности и не распределяющая полученную прибыль между участниками, созданная за пределами территории РФ в соответствии с законодательством иностранного государства, учредителями (участниками) которой не являются государственные органы.
--------------------------------
<68> СЗ РФ. 1996. N 3. Ст. 145.

<69> СЗ РФ. 2006. N 3. Ст. 282.

В соответствии с п. 5 указанной статьи иностранная некоммерческая неправительственная организация осуществляет свою деятельность на территории РФ через свои структурные подразделения - отделения, филиалы и представительства. При этом установлено, что структурное подразделение - отделение иностранной некоммерческой неправительственной организации признается формой некоммерческой организации и подлежит государственной регистрации в порядке, предусмотренном статьей 13.1 названного Закона; структурные подразделения - филиалы и представительства иностранных некоммерческих неправительственных организаций приобретают правоспособность на территории РФ со дня внесения в реестр филиалов и представительств международных организаций и иностранных некоммерческих неправительственных организаций сведений о соответствующем структурном подразделении в порядке, предусмотренном статьей 13.2 названного Закона.

Подпункт 9, указывающий на вопросы ответственности учредителей (участников) юридического лица по его обязательствам, введен в пункт 2 комментируемой статьи Федеральным законом от 30 сентября 2013 г. N 260-ФЗ, которым одновременно в данную статью введен пункт 4, содержащий коллизионную норму, в соответствии с которой определяется право, применимое в случае, когда учрежденное за границей юридическое лицо осуществляет свою предпринимательскую деятельность преимущественно на территории РФ, к требованиям об ответственности по обязательствам юридического лица его учредителей (участников), других лиц, которые имеют право давать обязательные для него указания или иным образом имеют возможность определять его действия (см. ниже).

Пункт 3 комментируемой статьи запрещает юридическому лицу ссылаться на ограничение полномочий его органа или представителя на совершение сделки, неизвестное праву страны, в которой орган или представитель юридического лица совершил сделку. Такой запрет в рамках определения правоспособности иностранных юридических лиц почти с такой же формулировкой ранее устанавливался в п. 2 ст. 161 Основ гражданского законодательства СССР. Но в отличие от указанного пункта в п. 3 комментируемой статьи предусмотрено изъятие из рассматриваемого запрета - это случаи, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о соответствующем ограничении.

Примером применения п. 3 комментируемой статьи является Постановление Президиума ВАС России от 13 марта 2012 г. N 12434/11 по делу N А59-4783/2010 <70>. Как отмечено в указанном судебном акте, отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды исходили из того, что истец в силу данного пункта не вправе ссылаться на нарушение при заключении оспариваемого договора корпоративного законодательства штата Аляска, поскольку в российском законодательстве отсутствуют нормы, устанавливающие ограничения полномочий руководителей филиалов обществ, аналогичные имеющимся в законодательстве штата Аляска (США), при этом доказательства, свидетельствующие об осведомленности руководителя филиала компании, являющейся гражданкой РФ, а также второй стороны в спорной сделке об установленных законом штата Аляска ограничениях, в материалы дела не представлены.
--------------------------------
<70> ВВАС РФ. 2012. N 6.

В пункте 4 комментируемой статьи, как упоминалось выше, закреплена коллизионная норма, в соответствии с которой определяется право, применимое в случае, когда учрежденное за границей юридическое лицо осуществляет свою предпринимательскую деятельность преимущественно на территории РФ, к требованиям об ответственности по обязательствам юридического лица его учредителей (участников), других лиц, которые имеют право давать обязательные для него указания или иным образом имеют возможность определять его действия. Согласно данному пункту к требованиям об ответственности указанных лиц по обязательствам такого юридического лица применяется российское право либо по выбору кредитора личный закон такого юридического лица.

Рассматриваемый пункт введен Федеральным законом от 30 сентября 2013 г. N 260-ФЗ в рамках реализации следующих положений п. 2.3 разд. VIII Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации: в комментируемом разделе отсутствуют коллизионные нормы, прямо направленные на определение права, применимого к ответственности юридических лиц по долгам их дочерних юридических лиц; целесообразно рассмотреть возможность включения в ГК РФ соответствующей коллизионной нормы с учетом подходов, предлагаемых в западноевропейской доктрине, где применение личного закона дочерней компании предлагается дополнять некоторыми субсидиарными коллизионными привязками, помогающими скорректировать результат с учетом обстоятельств конкретного дела (в частности, путем применения права места осуществления коммерческой деятельности дочернего юридического лица).

В российском законодательстве ответственность, о которой идет речь в п. 4 комментируемой статьи, предусмотрена положением п. 3 ст. 56 части первой ГК РФ, согласно которому в случае если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, то на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Кроме того, такая ответственность установлена следующими положениями п. 2 ст. 105 части первой ГК РФ: основное общество (товарищество), которое имеет право давать дочернему обществу, в том числе по договору с ним, обязательные для него указания, отвечает солидарно с дочерним обществом по сделкам, заключенным последним во исполнение таких указаний; в случае несостоятельности (банкротства) дочернего общества по вине основного общества (товарищества) последнее несет субсидиарную ответственность по его долгам. Как определено в п. 1 указанной статьи, хозяйственное общество признается дочерним, если другое (основное) хозяйственное общество или товарищество в силу преобладающего участия в его уставном капитале, либо в соответствии с заключенным между ними договором, либо иным образом имеет возможность определять решения, принимаемые таким обществом.